Миротворец
К месту встречи она опаздывает: спешит, срезает путь по воде, подняв полы длинного шерстяного платья, чтобы не намочить, и на прежде гладкой поверхности озера за ней тянется цепочка кругов, которые расходятся в стороны, постепенно затихая в тумане.
Он уже ждет и, наверное, давно, читает какую-то книгу в бумажной обложке, заедая сюжет леденцами из темно-синей хрустальной конфетницы. Конфетница уже почти пуста, и она едва успевает выхватить ярко-желтую конфетку у него из-под носа.
- Она лимонная. - Предупреждает он, хотя уже поздно.
Ее круглое личико кривится, и, высовывая язык, она отвечает:
- Я так и поняла.
Он улыбается.
Она вздыхает, садится на скамейку по другую сторону стола, вертит головой, чтобы рассмотреть, наконец, место, с которого все начнется.
- Здесь хорошо. - Заключает она.
Ей правда нравится: небольшая беседка с круглым куполом посреди безмятежного озера, укрытого сонным белым туманом. Ей кажется, что беседка появляется из воды, вырастает из нее, и полупрозрачное голубоватое стекло - на самом деле лед. Даже дотрагивается, чтобы проверить, но нет, вроде и не морозит пальцы.
Из воды, вверх по гладким колоннам, тянутся причудливым узором цветы, с лепестками настолько тонкими, что они кажутся прозрачными: сквозь них видны бледные розовые и голубые прожилки, и сиреневая сердцевина, в которой прячется легкий, свежий запах.
Она осторожно дотрагивается до цветов. Они тихо и высоко звенят, как струны на ветру, и наощупь гладкие, как стекло.
Она поднимает голову вверх - сквозь мутное стекло на нее смотрит сумрачное предрассветное небо, которое не спешит светлеть, замерев между дымчатым сизо-серым и блеклым голубым.
- Знаешь, мне в голову приходит только одно слово, когда я здесь.
- И какое?
- Пробуждение.

Она могла бы рассказать, что на языке джерхалльских драконов "пробуждение" звучит как "лассенхан", а в Терсане на старом наречии сказали бы "тьедамсаль", растягивая вторую "а", и что Гнилые говорят "тэллар" Но она думает, что это все не то. Ей кажется, что "пробуждение", самое обычное и знакомое слово, звучит лучше. И что когда мир заселят первые люди, они, несомненно, переведут это словно на свой язык.
Перекатывая на губах Имена, она пытается подобрать то, которое могло бы звучать на еще не рожденном языке. Ее горло полно шипящих и свистящих звуков, с каким появляется ветер, но в этом месте ветру места не то чтобы нет - но здесь он другой; острые, режущие слога царапают язык, как камни, которые раскалываются от мороза - но здесь теплее, здесь не темно, просто сумрачно; внутри нее треск и шепот, но все не то.
И, кажется, наконец находит:
- Армелл.
... Но она все еще не уверена, то ли это имя?

@темы: Мастерская, Армелл